2016-02-01

serge_le: (Default)
2016-02-01 04:40 pm

Дело в нас - II

Продолжение. Начало ЗДЕСЬ.

Писание говорит: «Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно, ибо Господь не оставит без наказания того, кто произносит имя Его напрасно». (Исх.20:7)
Однако это же Писание многократно сообщает нам о том, как ветхозаветные пророки и патриархи призывали Имя Божие. «Всякий, кто призовет имя Господне, спасется», читаем мы у пророка Иоиля (2:32), и позже его процитируют и авторы Нового Завета (Деян. 2:21, Рим.10:13). Так и хочется «напризывать с запасом» - чтоб уж наверняка...

Во многих местах, где говорится о призывании Имени Бога, используется словосочетание «хашем ЙХВХ», что значит «Имя Яхве». Замечу: Есть Яхве, а есть Его Имя, и есть нрапрасное и ненапрасное Его призывание.
Какое Имя у Яхве – сложный вопрос, поскольку в данном контексте вопрос об имени является не вопросом о фонеме, а вопрошанием о сущности.
Если все сводить только к сочетанию звуков, то Бог в Библии называет Себя многими именами. Этому предмету мы как-нибудь посвятим отдельную тему. Сегодня же нам важно другое: со временем иудеи, приняв слово «ЙХВХ» за само Имя Бога, отказались слово «ЙХВХ» произносить вслух и стали заменять его на словом «Адонаи» («наш Господь»). Впрочем, и слово «Адонаи» они использовали только в редких случаях, и в разговорном контексте ортодокс не станет называть и его, а использует аналогичное слово или словосочетание из языка собеседника или упомянутое выше слово «Хашем», которое тоже стало этаким «именем Имени».
Разумеется, слишком наивно заменять одно сочетание звуков человеческой речи другим в надежде на то, что так и только так ты соблюдешь заповедь о непроизносимости Имени Бога. И очень опасно не замечать главное: поминание Бога – это совсем не проблема орфоэпии. Тут проблема не в «Имени», не в том, какое оно, а в том, что значит «призывать» и кто призыивающий.

За каждой литургией священник от имени всех собравшихся возглашает в своем обращении к Богу: «И сподоби нас, Владыко, со дерзновением (см.:Евр. 4:16), неосужденно смети призывати Тя (1Пет. 1:17), Небеснаго Бога Отца, и глаголати…». И дальше все присутсвующие подхватывает пение слов «Отче наш»…
В этот момент на литургии мы мы дерзновенно просим у Бога разрешения: а) призвать Его и б) назвать Его своим Отцом. И то и другое несколько проблематично. Будучи полным засранцем совсем не безопасно напоминать Богу о своем существовании. Ну и, как было показано в первой серии, настаивать на Божественном родстве – это тоже, знаете ли, чересчур самоуверенно...

Не то, чтобы Христос не был
«благим», а то что не этому парню было Его так называть... Есть разница между дерзостью и дерзновением.

На рисунке: «Диаграмма» имён Бога из книги «Oedipus Aegyptiacus» Афанасия Кирхера (Рим, 1652—1954)